После Льва Толстого

Вопросы философии истории, поднятые Толстым, не утратили актуальности в
наш век. Главный урок, который можно извлечь из печального опыта XX в.,
заключается в том, что попытки "делания истории", основанные на любой
социальной или национальной догме, губительны. В жертву таким попыткам не
должны приноситься нравственные принципы человечества.

Продолжение


Одни утверждают, что Лев Толстой- гениальный художник; по их мнению, проповедь
его последних десятилетий принесла одни только печальные плоды. А другие утверждают
как раз обратное: в умении жертвовать своим художественным гением во имя
религиозной правды-всемирно-историческое значение личности Льва Толстого.
Личность же эта как будто всякий раз вырастала по мере того, как от личности
отказывался Лев Толстой. Те и другие, однако, признают кризис в середине его
писательской деятельности. Жила, действовала, творила одна половина души великого
человека, и вот-ее нет: души половина пропала. И последние десятилетия пишет, живет,
действует другая половина души писателя. Но душа-одна: печатью бездушия, мертвенности
должна быть отмечена либо первая, либо вторая часть жизни Толстого.

Так ли это?